Когда в 1987 году Стивен Уилсон решил шутки ради затеять проект Porcupine Tree, никто, даже он сам, не подозревал, в какие масштабы все это выльется. Оборудовав собственную домашнюю студию, музыкант решил поэкспериментировать в области прогрессивного рока 60-70-х годов.
Первый релиз группы, записанный Стивеном в полном одиночестве, был сопровожден вымышленной биографией коллектива с вымышленными участниками. Стало быть, Стивен гораздо раньше Дэймона Албарна изобрел формулу музыкального проекта с выдуманными персонажами, как, например, плод его воображений участник по имени Linton Samuel Dawson (обратите внимание на аббревиатуру инициалов J). Трудно сказать, может сперва Уилсон сочинил биографию своего проекта и уж потом сопровождал это художественное произведение записями под названиями "Tarquin's Seaweed Farm" и "Nostalgia Factory". Что было в данном случае первично, а что вторично, мы обязательно узнаем у Стива Уилсона лично, когда он приедет в Россию, но на тот момент главным для музыканта было подписание контракта с только что основанным британским лейблом Delerium.
Первый альбом под маркой Porcupine Tree, собранный из материала вышеозначеных демо-лент, был выпущен в 1991-м году обычным для начинающей группы тысячным тиражом, только разошелся он практически мгновенно и потребовал немедленной допечатки! Пока сотрудники Delerium переиздавали и распространяли "Оn The Sunday of Life", Уилсон занялся созданием нового материала и поиском нового звучания. Эксперименты в этом направлении привели к выпуску в 1992-м году сингла "Voyage 34". Сочетание эмбиент-транса с гитарными соло да речитативами, местами построенных на базе пропогандировавщих в 60-х г.г. ЛСД пассажах, моментально стало хитом андеграунда того времени, а в наши дни безоговорочно считается классикой музыкального постмодернизма.
Дальше - больше! Альбом 1993-го "Up The Downstair" был встречен поголовным восторгом ценителей как прогрессив-, так и психоделик-рока. Газета Melody Maker наградила альбом званием "психоделического шедевра" и одного из лучших альбомов года! Для записи "Up The Downstair" Уилсон прибег к помощи других музыкантов - это были клавишник Ричард Барбиери и басист Колин Эдвин. Они и по сей день остаются в составе Porcupine Tree, а первое живое выступление группа дала в декабре 1993 года. Несмотря на то, что Бэрбери вспоминает первые выступления "поркупайнов" с некоторым скепсисом, уже на первом концерте стал очевиден неимоверный потенциал группы. Дело было в Хай-Уайкоме при полном аншлаге и знании пришедшими слов всех песен группы. А через несколько дней музыканты поехали в Лондон, где в зале на 300 мест их ждали всего 30 человек…
"На этот концерт собиралось придти так много людей, - смеется Уилсон. -
В тот вечер мы были здорово обескуражены, но потом в течение десятилетия мы не раз выступали хедлайнерами в двухтысячной "Астории", так что все кончилось хорошо".
К счастью для нас, ничего еще не кончилось, а до сих продолжается. После третьего альбома "The Sky Moves Sideways", записанного полноценным составом в 1995-м, Porcupine Tree стали называть "Pink Floyd 90-х". На этой пластинке музыканты продолжили эксперименты с мелодикой и эмбиентом, и эксперименты оказались крайне удачны - аудитория слушателей группы значительно увеличилась! Хотя сами музыканты не так уж неоднозначно отнеслись к своей работе и вновь повысили свою творческую планку. В работе над альбомом "Signify" участники группы стали полноценными соавторами. Альбом получился более хитовым и более контрастным по звучанию - смесь меланхоличного попа, психоделики и тяжелого рока. "Signify" удостоилась внимания со стороны мейнстримовой прессы. Хотя радиостанции были по прежнему закрыты для Porcupine Tree, статус группы растет и укрепляется с каждым годом, ей предлагают коонтракты лейблы-мейджоры, но Уилсон останавливает выбор на независимой рекорд-фирме Snapper.
Альбом 1999 года выпуска "Stupid Dream" был скептически встречен критиками и фанатами. Общественность сетовала на наметившуюся тенденция к упрощению звука. Однако Уилсон опроверг эти обвинения: "Да, некоторые горизонтальные песенные структуры получились более "удобоваримыми", зато вертикальные, наоборот, усложнились. Благодаря вокальным гармониям аранжировки стали более сложными, просто они были помещены в рамки более лаконичного формата. Нас обвиняли в том, что мы гонимся за коммерческим успехом, однако все, что я делал, - это отвечал своему собственному вкусу слушателя, и никак иначе". На самом деле, саунд группы теперь можно было сравнить с The Verve или Radiohead. Музыканты остались очень довольны результатом, однако журналисты начали воротить нос от тех, кого когда-то называли "Pink Floyd 90-х".
По признанию самого Уилсона, в своем следующем альбоме Porcupine Tree зашли слишком далеко и чуть не вступили на территорию попсы со своим синглом "Four Chords That Made A Million". Сам Стивен с ужасом вспоминает об этом треке...
К началу нового тысячелетия у группы накопилось очень много неизданного материала, и было принято решение выпустить сборник редких и неизданных вещей. Так в 2001 году появился "Recordings". Через несколько месяцев из команды ушел Крис Мэйтлэнд, который играл в группе восемь лет, на его место был рекрутирован Гэвин Харрисон, и группа отправилась в Нью-Йорк, чтобы поработать с Полом Нортфилдом, звукоинженером Rush и Оззи Осборна над альбомом "In Absentia". Запись получилась очень разноплановой. Говоря об этой пластинке, Уилсон возвращается в воспоминаниях к его продюсерской деятельности в группе Opeth: "Я определенно привнес в запись то, чему научился, работая с этими ребятами. Мы гастролировали вместе и очень плодотворно влияли друг на друга". Результат проделанной работы говорит сам за себя - "In Absentia" разошелся тиражом в 120.000 экземпляров.
В записи следующего альбома "Deadwing" приняли участие Эдриан Белью из King Crimson и Майкл Акерфельдт из Opeth. Музыканты считали "Deadwing" лучшей своей работой и не без оснований полагали, что эта амбициозная запись откроет им новые горизонты на поприще шоу-бизнеса.
Вышедший в 2007 году на Roadrunner Records (входит в Warner Music Group) диск "Fear of a Blank Planet" получил довольно полярные отклики от поклонников коллектива. Одни считают его самым тяжелым альбомом (в плане звука) в истории группы, другие напротив самым легким (в плане восприятия). Действительно, на этот раз музыканты отошли от экспериментов с электроникой и сделали упор на гитарный саунд. Эстетствующие же слушатели, скрупулезно выискивающие среди новинок записи, способные ублажить их соскучившиеся по оригинальным работам умы, считают, что "Fear of a Blank Planet" - это глоток свежего воздуха. "Fear of a Blank Planet" полон импровизаций, живых эмоций и непосредственных ощущений.