Каждый раз, когда я читаю многочисленные интервью г-на Тило Вольфа в прессе, я спрашиваю себя – тот ли самый альбом я слушал, о котором он говорит. Elodia, оказывается – проникновенный альбом о высоком чювстве неумирающей и всесжигающей любви, ну и так далее. Мало того, музыка, если верить особо ретивым апологетам из числа рецензентов, навевает мысли о вечном и прекрасном. Пойду-ка я еще раз промою уши. Хотя, если честно, некоторые романтические образы посещают меня, да нет, что там, прямо-таки врываются в мое сознание при прослушивании Элодии. Вот романтический образ парня (загадочным образом смахивающий на самого Вольфа) восседающего на скамейке в дубовой аллее и мучающегося вопросом: переспать ему сегодня с любимой девушкой или нет. С одной стороны надо, конечно, а с другой – вроде как уже и не очень охота, после стольких-то лет (аж шесть лет знакомы, шутка ли). «Ах, это я во всем виноват», - рассуждает молодой человек – и неизбывная, неизмеримая печаль отражается в его больших, глубоких, не по-детски серьезных глазах. «Как вернуть непринужденность и легкость наших первых страстных ночей», - причитает он. И вдруг слезы появляются на краешках его глаз, они текут по изможденному, мертвенно-бледному лицу… А вот образ его подруги – энергично шествующей, нет, почти как ледокол рассекающей уличную толпу – в мини-юбке до пупка, тонне макияжа на нежном пухлом личике и с жевачкой во рту… Тревожные думы волнуют ее ум… Спать ли сегодня с любимым? А если да, то с которым из них? Как, представили? Так вот, Elodia – это вот все на протяжении почти что часа и в сопровождении лондонского филармонического оркестра. Вся суть «трагической» двойственности альбома, если хотите, отражается уже в самом названии последнего лакримозовского сингла Alleine zu zweit. В переводе с немецкого это выражении имеет два значения: 1) вместе, и в то же время одни (официальное значение) 2) вдвоем наедине (кхм!). Впрочем, справедливости ради надо отметить, что текста всегда были слабым местом Lacrimosa. Лирические излияния г-на Вольфа даже блэкушниками, обычно не очень щепетильными в этом отношении, признавались словесным поносом. Только до тех пор, пока с музыкой было все в порядке, это как-то не очень сильно действовало на нервы. Послушаешь, бывало, очередной альбом и думаешь: «а какой он, однако, талантливый парень, этот Тило Вольф!» Конечно, с текстами все ясно: одинокий маленький парнишка мечтает о девушке своих грез, он так ее ждет… ну и так далее по Фрейду. Но музыка, думалось, все равно классная, неповторимая. Однако с тех пор, как Lacrimosa деградировала в готик-порно-рок-поп, команду (а это произошло окончательно во время записи предшественника Stille, а на Elodia группа сделала колоссальный шаг вперед в указанном направлении), это стало меня страшно бесить. (Блаженны те, кто не понимает по-немецки!) И даже Лондонские филармоники не в состоянии превратить это мутное порнографическое музыкальное болото в море чистого звукового наслаждения. Итак, 1 балл за музыку + 1 за оркестр.