TOTAL METAL TALES
Lemmy
ПО ОБЕ СТОРОНЫ КУЛИС
Зима, крестьянин торжествует. На дровнях причем. Вот извращенец! А посиневший от мороза я двигаюсь в трескучий морозец к ДК им. Горбунова в слабой надежде открыть для себя очередную мировую звезду – финский коллектив с нечетким и неопределенным названием Amorphis. Чем, скажите, можно удивить меня, видевшего только за этот год порядка тридцати концертов разных мастей и жанров?
Общее впечатление таково – погодные условия и душевный дисбаланс полностью идентичны началу года, когда, особо ни на что не надеясь, я, закупившись билетом на Moonspell, пришел зимним январским вечером в Горбуху, дабы вусмерть упиться и просто провести вечер не одному как волк, а в компании многих людей. И как в не менее морозном январе, судьба дарит мне подарок вторично. Вечер с Amorphis: потенциально бездумная, казалось бы, пьянка, превратилась в концерт-откровение, заставив очень сильно зауважать еще одну группу из небольшой, но гордой и красивой страны, название которой сменилось в этот раз с "Португалия" на "Финляндия", но обо всем по порядку…
Ни для кого ни секрет, что Amorphis – группа в своей стране уважаемая и чтимая. Можно сказать – звезда созвездия "Финляндия". Но все из нас, купившие хотя бы несколько фирменных компакт-дисков зарубежных исполнителей, способны понять, что то ли пишут "у них" по-другому, то ли обрабатывают потом на суперкомпьютерах, но каждый диск – это как минимум очень качественное звучание. А вживую… кто их знает, как люди играют. Финляндия, как и остальные северные страны Европы, славится большим количеством металлических банд. Видеть же российскому слушателю живьем доводилось немногих. И если Nightwish этим летом уже закрепили свой прошлогодний успех, то для Amorphis это – всего лишь дебют, который показал бы российским фанатам, так ли страшен финн, как его малюют.
СМЫЧКИ И АВТОРУЧКИ
До концерта остается немногим более часа, когда музыкальная пишущая братия оказывается лицом к лицу со звездами финской сцены. Перед небольшим отрядом прессы сидит шестерка финских парней, готовая ответить на все интересующие монстров пера вопросы.
Памятуя о том, что Amorphis прибыли из северной столицы, первый вопрос был задан о концерте в Санкт-Петербурге и отношении участников группы как к шоу, так и к самому городу. Как выяснилось, прием питерцев музыкантам очень даже понравился, а вот что касается красот самого города на Неве, тут сказать им было нечего. Подготовка к концерту заняла практически весь день, как и перед концертом в Москве, и все впечатления о России группа собирается получить лишь после московского концерта, потратив практически целый день на знакомство с достопримечательностями нашей столицы.
"Да практически ни фига не успели мы там увидеть", – горько резюмировал о своих впечатлениях от Санкт-Петербурга белобрысый и короткостриженный нынче Томи Койвусаари (Tomi Koivusaari).
Новый альбом Amorphis, который собирается увидеть свет в начале следующего года, сами музыканты представляют себе несколько туманно: "Мы собираемся выпустить его в конце марта. Что там получится финально – сами еще не знаем, работа над ним идет", – и в продолжение другого вопроса на эту же тему Паси Коскинен (Pasi Koskinen) добавляет: "нет, вот гроулинга на нем не ждите, его там точно не будет, а так, в конце марта и посмотрим, что получится".
Очередной укротитель авторучки и пишущей машинки, довольно улыбаясь, тянет вверх руку и вопрошает: "Скажите, в одном из своих ранних альбомов вы использовали материалы финского национального эпоса, Калевала, планируете ли вы что-нибудь подобное в будущем"? "Да?" – брови Койвусаари удивленно лезут вверх: "вообще-то в каждом нашем альбоме есть элементы национального эпоса, и мы также планируем использовать их всегда в дальнейшем. Кроме того, мы собираемся использовать фрагменты не только финского, но и вообще фольклора северных стран. Мы находим это для себя достаточно интересным".
Вопрос о том, отличается ли сет-лист концертов в России от выступлений в других странах, заставил музыкантов разделиться на два лагеря. Томи коротко ответил, что программа тура стандартна во всех странах, но Паси, тут же перехватив микрофон, уточнил, что в России Amorphis изменил программу в сторону своей классики.
"И никаких каверов", сердито ответил Паси на чей-то глупый вопрос: "Мы приехали к вам впервые и будем играть только себя. Поправьте, если я ошибаюсь, но нам кажется, что у нас достаточно своих собственных произведений, чтобы сделать целый концерт".
Видимо исчерпав музыкальные вопросы, отцы-основатели музыкального истэблишмента перешли к категории светской жизни, роль которой сыграл тест на знание российских горячительных напитков. Тут за группу смог ответить даже представитель компании-промоутера, заявив, что у музыкантов есть как вкус, так и определенные пристрастия. Так их требование, чтобы в гримерке после концерта стояла бутылка Jack Daniel's, после питерского концерта заменилось на желание видеть там только водку, причем российскую. Местный колорит, надо понимать.
На этом любопытство столпов отечественной музыкальной прессы оказывается полностью исчерпанным, и репортеры бросаются за главным, что, судя по всему, им и было нужно: получить автографы и сфотографироваться с кумирами. Да, безусловно, это повод для того, чтобы побыть с глазу на глаз с группой, но я преследую другую цель – мне дико хочется поговорить с ними более интимно о том, о сем, посмотреть на них без толпы и освещения прожекторов.
ИДЕМ ДОРОГОЙ ТРУДНОЙ МЫ ЗА КУЛИСЫ К ФИННАМ
К счастью, я не одинок в своем желании. Меня вдвоем с представителем возрожденного ныне музыкального журнала Alive ведут к группе, где путем долгих переговоров с их мамочкой, нам выделяют для интимного общения Паси Коскинена и Никласа Этелаувори (Niclas Etelavuori).
Но в начале отдельное слово о "маме". Так случилось, что мой путь в "Закулисье" начался именно в Горбушке на концерте Manowar, когда единственным возможным способом попасть на шоу пафосных американских металлистов стало для меня посильное участие в шоу-бизнесе, а именно чернорабочая помощь при монтировании сцены. Именно тогда я увидел этот тип женщин первый раз: уже вплотную подошедшая по российским меркам к пенсионному обеспечению женщина, прошедшая огонь, воду и медные трубы, но, к сожалению, не обремененная или не довольствующаяся семьей. Именно последней становится для нее сама группа и ее участники, и их покой она готова защищать собственной грудью. На счастье, "мама" Amorphis, в обычной жизни носящая простое женское имя Тина, удовлетворилась рекомендациями, выданным нам представителем ROXX music и, после внимательного изучения с головы до пят, смилостивилась выдать нам на растерзание Коскинена и Этелавуори, строго прикрикнув на прощание, что это максимум на четверть часа, и чтобы уголок для интервью был потише. Хоть кто-то из членов группы должен иметь возможность передохнуть перед концертом. Для завершения картины, замечу, что Паси и Никлас по зову "мамы Тины" безропотно встали и мгновенно пошли за нами. А знаете почему? Эта женщина за неброской внешностью завхоза московской школы скрывает сущность менеджера не только Amorphis, но еще и Him, 69 eyes и бог знает какого количества других групп. Воистину, интервью-то надо было брать у нее.
Но не будем забывать о наших металлических звездах. Мы же с Коскиненом и Этелавуори уединились в темноте сцены за ударной установкой, расположившись на ящиках из реквизита. У той самой тыльной стены, где еще 3 года назад все сотрудники квартета Manowar сфотографировались перед первым концертом у спрятанного в углу до поры до времени бюста Ленина.
Многое случилось с того момента. Гипсовый Ильич навсегда покинул своды Горбушки, а вместо пафосных борцов за чистоту металла из Америки напротив меня, по-семейному, не обращая внимания на типично российскую грязь и пыль, взгромоздились на ящики финские парни Паси и Никлас, ставшие без своей многочисленной свиты сразу похожими на большинство моих ровесников-металлистов. Длинные волосы и пирсинг то там, то тут. Поди пойми, встретив их в ночной электричке где-нибудь на подъезде к Мытищам, что это мировые знаменитости. А между прочим, оба из них знамениты не только работой в Amorphis. Коскинен не только своим разносторонним голосом полностью потеснил на вокальном поприще Томи Койвусаари (Tomi Koivusaari), но и прекрасно показал себя в гораздо более экстремальном проекте Ajattara. А Этелаувори, сменивший покинувшего группу Олли-Пекка Лайне (Olli-Pekka Laine), не только является давним другом группы, но и сотрудником другого финского проекта Kyyria. Во многом именно от этих двоих, являющихся сравнительно свежей кровью, влившейся в могучее тело уже существующего коллектива, зависит дальнейший путь группы. И с интересом глядя в не менее любопытно разглядывающие меня глаза, я начинаю разговор.
Lemmy: Ну что, парни, вот вы и попались. И первый вопрос будет посвящен вашим впечатлениям о России. Что скажете, увидели ли вы тут то, что и ожидали?
Паси: Ну, а я собственно был у вас раньше, еще ребенком. У вас клево, приятно увидеть, что все стало как у людей, в общем-то. Мы очень рады, что попали в Россию сейчас.
Никлас: Я согласен. Произошло столько перемен во всем мире, в том числе и у вас. Даже если говорить, к примеру, об отрезке времени продолжительностью в мою жизнь. Мне тут нравится.
Lemmy: Насколько я знаю, группа всю жизнь работала только с одним лейблом Relapse Records. Не собираетесь поменять его?
Паси: А мы как раз и занимаемся его заменой в настоящее время.
Lemmy: А почему?
Паси: Ну, вот к такому выводу привели нас отношения с компанией. Наступил очередной момент, когда надо продлевать или не продлевать контракт, и собственно, вот… (Коскинен разводит руками).
Lemmy: Можно ли понять это так, что Amorphis стал слишком великой группой для сотрудничества с этой компанией?
Паси (радостно заулыбавшись): Да нет, что ты. Конечно, нет. Просто понимаешь, когда десять лет сотрудничаешь с одним и тем же лейблом, этого уже более чем достаточно. Они хорошо делали свою работу, но если мы хотим перейти на следующий уровень, нам просто необходимо поменять себе лейбл.
Lemmy: Некоторые российские слушатели Amorphis, узнав о том, что я буду с вами общаться, реагировали следующим образом: часть начинала хвататься за голову и причитать "о боже, что они вытворяют, куда их несет", другие же были оптимистичны с фразами типа "а что, звучит здорово". Что участники группы сами думают об изменениях, которым подвергается их творчество и есть ли на данный момент какая-то видимая цель, к которой стремится группа? Или ваше творчество – ежедневный процесс, постоянно дающий вам какие-то новые нюансы?
Паси: да на самом-то деле основные изменения у нас произошли лет семь-восемь назад. Именно тогда нам пришлось сделать основной рывок, чтобы, образно выражаясь, вырваться из моря дэт-металла на океанский простор металлической музыки. А в данный момент нам просто нравится создавать более подвижную музыку. Находим это для себя забавным.
Lemmy: Никлас, ну, чего молчишь, добавить ничего не хочешь?
Никлас: Да, конечно. Если мы хотим продолжать заниматься своим делом на протяжении многих лет, а мы это, безусловно, хотим, то нам просто необходимо хотя бы немного меняться для того, чтобы вы, наши слушатели, не умерли со скуки.
Паси: Да, да, так и есть. Собственно, я к этому и вел.
Lemmy: Парни, как вы считаете, почему стереотип среднестатистического скандинава – это якобы медлительность, степенность, некая замедленность эмоциональных процессов, депрессивность? Я вот бывал у вас на родине и готов с этим поспорить, да и вы сами производите впечатление эдаких живчиков, куда уж многим представителям горячих южных народов.
Паси: Да, правда? Ну, не знаю. Может быть потому, что финны достаточно замкнутый народ. Это вообще склонно скандинавам.
Никлас (таинственным тоном, которым обычно в России рассказывают анекдот "Хочешь, сынок, я расскажу тебе сказку…"): Ну да, понимаешь, это просто уходит вглубь культуры северных стран. Не принято было раньше показывать свои эмоции и чувства. Жизнь такая была, суровая.
Паси: А насчет депрессий, хм… ну если только где-нибудь в далеких деревнях. Лично мы ведем, например, весьма активный и позитивный образ жизни.
Никлас: Скорее всего, это из-за того, что жителям северных деревень приходится жить по три месяца в абсолютной темноте, но летом-то у нас наоборот, солнце светит круглые сутки. Сложный мы народ, короче… и те, кого можно увидеть зимой в депрессии, скачут и порхают летом на солнышке как феи.
Паси: Ну, и конечно, мы используем алкоголь… для коррекции настроения.
Lemmy: К слову, об алкоголе. Слышал, вы попросили внести изменение в ваше гримерочное меню и теперь вместо Jack Daniel's вам подают водку? Не любите виски?
Никлас: Да нет, виски мы любим, это просто Jack Daniel's немного не такой. Не люблю бурбон. Предпочитаю ирландские и шотландские сорта.
Lemmy: В России слушатели металла медленно, но неуклонно стареют. Как обстоят с этим дела в Финляндии?
Паси: Да все слушают, как там "любви все возрасты покорны" (вольный перевод процитированной финнской поговорки)… если человек услышал хэви метал, будучи ребенком, то так и продолжает слушать всю свою жизнь.
Никлас: Хм, а я бы не сказал, что сейчас метал в Финляндии слушает действительно юное поколение. Самые юные предпочитают иные музыкальные стили. Что же они будут слушать, когда подрастут? Поживем увидим.
Lemmy: я представляю здесь металлический вэб-сайт. Нашим посетителям хотелось бы знать, любят ли музыканты группы Amorphis поползать по паутине? Можно ли надеяться, что они просматривают форум на своем сайте и отвечают на письма поклонников?
Паси: Конечно, ходим. Любой может зайти к нам на сайт и оставить там сообщение. Мы по возможности быстро стараемся ответить на большинство из них. Что всем ответим, конечно, гарантировать не могу.
Никлас: Да, отвечаем, как же без этого.
Lemmy: В таком случае, вам было бы небезынтересно узнать, что посещавшие недавно нас Blind Guardian имеют в России уже не столько поклонников, сколько практически друзей, с которыми познакомились в интернете. Кстати, российские фэны оказывают посильную помощь в творчестве BG, начиная от перевода текстов песен на русский язык и заканчивая вариантами оформления альбомов, или, например, готовящегося к выходу их нового концертного DVD.
Никлас (задумчиво-мечтательно покусывая кончик уса): Н-да? Нам вот DVD не помешало бы в принципе. Ничего, вот когда у нас появится новая звукозаписывающая компания, мы и будем думать насчет DVD. Это очень актуальный вопрос для нас.
Lemmy: Не раскажете про атмосферу коллектива? Как живете?
Паси: Хм… в Amorphis сложился удивительный микроклимат. Чудесные парни. Мы наверное больше напоминаем любовников, чем музыкантов (смеется). Очень хорошо быть с этими парнями. Все составы группы были хороши, и все парни – мои лучшие друзья.
Никлас: Ну да, как только мы возвращаемся домой, сразу хочется собраться всем вместе и поехать куда-нибудь снова.
Lemmy: В турах вы видели поклонников тяжелой музыки из разных странах. Они чем-то отличаются друг от друга?
Паси: Да нет, в целом и главном, все одинаковые. Это как если ты занимаешься каким-то делом и постигаешь самую его суть. Так же и в музыке, если ты въехал, ты способен мыслить сходно с другими.
Никлас: Они любят тяжелую музыку, это главное и это прекрасно! Меняются стили музыки, но мы любим то, что мы делаем и уважаем все то, что сделали раньше. Бессмысленно делать все заново то же самое еще раз.
Lemmy: А что вы думаете о сети Hard Rock Cafe и их рекламном слогане "мы всех любим, мы всех обслужим"? Я заметил, что в большинстве из них завсегдатаями являются люди, не только не слушающие рок, но и не обращающие внимание на заявленную уникальность этих заведений.
Паси: Да это теперь стало чем-то вроде МакДональдса, место для всех. Я думаю, что это уже давно не имеет никакого отношения к року.
Lemmy: Насколько я знаю, в прошлом году вам довелось выступать вместе с группой Slayer. Они не говорили вам, что они думают о вашем творчестве и, кстати, что вы думаете о других направлениях тяжелой музыки?
Никлас (заметно оживившись и сбросив финнско-философский вид): Мое личное мнение таково, Slayer – короли металла, хе-хе…
Паси (несколько скептически смотря на друга): Ну, не знаю, не знаю. Я вот могу только сказать, что Том Арайа посмотрел наше выступление полностью. Это я знаю, он действительно досмотрел наш сэт-лист до самого конца. Ну, а что подумал – история умалчивает.
Lemmy: А на какой концерт вы сходили в последний раз как простые зрители, заплатив за билет?
Паси: Ох, да я уже и не помню. Я на самом деле не особо люблю все эти гигантские многотысячные тусовки, а если что-то и посещаю, то, как правило, по приглашению звукозаписывающей компании.
Никлас: Гм, я тоже предпочитаю проводить свободное время в небольших барах и клубах, в которых играют какие-нибудь не особо известные группы, например, какие-нибудь панки.
Lemmy: А чем вы занимаетесь в свое свободное время, когда вы не музыканты, а обычные парни?
Паси: Ну, а чем занимаются обычные парни? Все тем же. Мы, собственно, и есть самые обычные парни. Поэтому и занимаемся самыми обычными вещами – тусуемся, общаемся и пьем пиво.
Lemmy: Никаких экстремальных хобби? Сноуборд, хомячки, парашют, мотоцикл?
Никлас (засмеявшись): Да ты что! Единственное место, где я могу более-менее продолжительно проехаться на двух колесах – это моя Sony Playstation II. На большее меня не хватит.
Lemmy: А вы поддерживаете какие-то отношения с Олли-Пеккой Лайне?
Паси: Да, мы продолжаем с ним постоянно общаться, он наш друг. Часто видимся, когда находимся дома.
Lemmy: Он ушел из группы, потому что у него родился ребенок?
Паси: Да, поэтому. Кстати, а теперь и у меня есть дочь!
Lemmy: Ну и каково это – быть папашей Паси? Тяжело?
Паси: Совсем нет, это самая замечательная вещь, которая когда-либо со мной случалась. И не смотря на то, что я – отец, I still keep rockin', yeah!
Никлас (скептически одергивая друга): Ну да, но у Олли-Пекка их все-таки целых три!
Паси (спускаясь с небес на землю): да, это так сказать вторая волна потомства плюс в их семье близнецы, так что там теперь трое киндеров и Лайне надо постоянно находиться дома.
…В этот момент из-за ящиков вдали выглядывает сердитое лицо Тины, совершенно очевидно ворчащее в наш адрес нечто нелицеприятное, и мы все, как пойманные на переменке в туалете за курение октябрята, суетливо вскакиваем и начинаем спешно прощаться…
Lemmy: Ну, и напоследок. Вы вернетесь в Россию?
Паси и Никлас (дружным хором): Конечно!
Музыканты исчезают в гримерке. Я же спускаюсь в зрительный зал, дабы не оказаться в ситуации, аналогичной той, когда телепередачу смотрят в телевизоре со стороны кинескопа.
BLACK WINTER DAY
В зале сразу же приятная неожиданность: не смотря на то, что этот зимний день никак нельзя было назвать дружелюбным к тем, кто выглянул на улицу, народ пришел. В конце партера если и могло поместиться некоторое количество человек, то только путем вставания плечом к плечу с уже расположившимися квадратно-гнездовым способом тут и там по паркетному полу Горбушку слушателями-металлистами.
С первыми же аккордами Amorphis упал густой туман. Я не припомню за последнее время другой такой концерт, когда бы практически на протяжении всего шоу со сцены регулярно валились в зал фосфорицирующие клубы, за которыми то четче, то призрачнее светились фигуры и силуэты самих музыкантов. Манера поведения финнов была относительно спокойной, никто не носился взад и вперед вдоль кромки сцены, никто не прыгал и не совершал отчаянных телодвижений, лишь Коскинен харизматично размахивал руками и принимал иногда наверное значащие что-то особенное для него позы да московские стейдждайверы вволю наигрались, воспользовавшись закрытой ямой, лояльностью толпы и относительной лояльностью охранников.
Основной акцент музыканты сделали не на перформанс, а на музыку, выдав такой the best of, о котором многие их поклонники, пожалуй, не могли и мечтать.
Паси, мертвой хваткой схвативший микрофон, делом доказал что отныне единственной обязанностью Койвусаари будет только гитара. Возможно поэтому несколько притихший Томи застыжено скрывался большую часть концерта где-то в углу за порталами и только видневшийся оттуда гриф и прекрасные мелодии не давали нам забыть о его присутствии на сцене. В зрительном же зале единолично властвовал вокал Паси, названный одно время некоторыми музыкальными критиками "чистым голоском нового вокалиста Amorphis". Что ж, в этот вечер Коскинен лично доказал всем присутствующим, что его глотке одинаково подвластны и чистейший вокал, и брутальный гроулинг. Эдакий мультивокалист земли финской.
И все это прозвучало под аккуратненький, чистенький такой аккомпанемент окружающих Паси товарищей. Мило, симпатично, виртуозно. Зал оценил концерт по достоинству и, поняв это, Amorphis достаточно неохотно, хотя и вполне запланировано, покинули сцену с третьей попытки.
Также хочется отметить, что Black Winter Day хорош не только в блестящей обертке видеоклипа, живьем он ничуть не хуже, впрочем как и… короче, изучайте сет-лист.
А дальше … черный зимний день сменился не менее черной зимней ночью, под покровом которой финны, выполнив теперь уже все свои обязательства перед российскими зрителями, как дети веселились и зажигали на after-party, в очередной раз доказав очевидцам, что есть среди северян веселые, улыбчивые и заводные ребята.
СЕТЛИСТ AMORPHIS, МОСКВА, ДК ГОРБУНОВА, 14.12.2002
1. Night Is Over
2. Way
3. Better Unborn
4. Goddess (Of the Sad Man)
5. Tuonela
6. The Castaway
7. Against Widows
8. Divinity
9. On Rich and Poor
10. Drowned Maid
11. Summer's End
encore:
12. Alone
13. My Kantele
14. In The Beginning
15. Greed
16. Black Winter Day
Благодарим компанию ROXX Music за аккредитацию и организацию интервью
<< >>
Сервис-добро -
горничная, сиделка
ОБСУДИТЬ МАТЕРИАЛ:
